Поэтому не всегда обвиняемые соглашаются с прекращением уголовного дела в связи с истечением сроков давности – кто-то намерен добиваться оправдательного приговора, кто-то по иным причинам, например полагая, что дело не будет в принципе направлено в суд в том числе из-за недостатка доказательств, процессуальных нарушений и т.п. И если такие надежды не беспочвенны, то...

Прибыв в районный суд для ознакомления с материалами ходатайства о продлении срока содержания под стражей, я очень хотел увидеть постановление, которым изменена территориальная подследственность уголовного дела. Но его в материалах ... просто не было

Ситуация, которая может в наше время случиться с каждым — на любого из нас могут написать заявление например в полицию, о том что вы (мы, они) ужасный(ая) негодяй(ка) и даже преступник(ца), совершил(а) незаконное, аморальное, гнусное и вообще невиданное по своей подлости, жестокости и цинизму престу...

приезжал следователь, не наш, из другого района [нашли еще один эпизод и соответственно — возбудили еще одно уголовное дело], вместе с незнакомым адвокатом, которого этот следователь и назначил. Я сразу сообщил им, что есть адвокат, с которым заключено соглашение, назвал фамилию, имя, отчество адвоката [но вместо того, чтобы развернуться и уехать, адвокат решил поучаствовать в допросе подозреваемого — не зря же приезжали]. Допрос конечно — отказ от показаний и указание, что требую вызвать адвоката по соглашению..

Вы спокойно себе находитесь дома (на работе, на даче, в машине), пьете чай-кофе, (общаетесь с домочадцами, смотрите ТВ, играете в «плойку», чешете кота, вяжете крючком). Этот размеренный быт/уют прерывает звонок/стук в дверь/окно/телефон. За дверью (на другом конце провода, за окном, забором, изгородью, частоколом) стоит (говорит, требует) незнакомый человек (несколько, много людей), представляющийся сотрудником правоохранительных органов. Что делать, чего не делать — решать безусловно в каждом случае надо индивидуально. Напомню лишь общеизвестные базовые принципы, применимые практически в любой ситуации. Исходим из того, что сотрудник правоохранительных органов настоящий, адресом не ошибся, повод для визита и вопросов более-менее существенный и связан с исполнением служебных обязанностей. Естественно цели и порядок общения сотрудников правоохранительных органов с гражданами зависят от должности, самого органа, подразделения, вида судопроизводства по поводу которого это общение предсто

Недавно в очередной раз столкнулся с ситуацией – после обысков (на которых были изъяты среди прочего телефоны и таким образом люди лишились связи с внешним миром), нескольких свидетелей увезли в следственное подразделение. Родные и близкие обратились к адвокатам, в том числе и ко мне. Получив информацию о том, где находятся (не)задержанные, я прибыл в одно из следственных подразделений Санкт-Петербурга, однако дозвониться до следователя не получилось, его начальники тоже не смогли ничем помочь – не знали на месте он или нет, телефон доверителя был выключен (так как изъят), а внутрь без пропуска – не зайти. К клиенту и следователю я попал лишь после двухчасовой увлекательнейшей коммуникации с полномочными представителями адвокатской Палаты, дежурным прокурором, службами «102» и «112», дежурным ГУ МВД и еще кем-то, приношу извинения, тем кого не запомнил. В нашей группе «Праворуб Северо-Запад» велась прямая трансляция - кто еще не в группе - вступайте!

Получаю постановление, думаю: эх, вот сейчас Республиканский суд размажет все мои доводы и напишет, в чем я не прав, где недоучил, какие лекции прогулял, что недочитал... Даже страшно открывать, вдруг там такой разгром моей позиции, что пора переквалифицироваться в управдомы (со всем уважением к представителям этой профессии)...

За эту ситуацию мне немного ... не то чтобы стыдно, нет. Может чуть-чуть неловко. Но в свое оправдание могу сказать, что законодательство Российской Федерации и КПЭА я не нарушал, в заблуждение никого не вводил, документы не фальсифицировал.. Получилось то что получилось, а что я? Всего лишь не мешал, тем более что следователь, как всем известно – является лицом процессуально независимым (как в последнее время шутят – «потому что от него ничего не зависит», но это не совсем правда), а за вмешательство в его деятельность могут наказать. Сурово наказать (с). Ну вот и не надо вмешиваться...

Ничего не делая на стадии «следствия» (предварительного расследования), автоматически обеспечиваешь направление дела в суд, а себе – объем работы на стадии рассмотрения дела в суде первой инстанции, соответственно – получение гонорара за данную стадию. То же самое можно продолжать и в суде – бездействие защитника, результатом которого будет приговор, не устраивающий доверителя. Естественно, его необходимо будет обжаловать в апелляционном, а затем и в кассационном порядке, соответственно с выплатой адвокату гонораров за эти стадии рассмотрения дела. Получается, что чем меньше и хуже работаешь по делу, тем больше заработаешь?

Закон суров. Уголовный закон очень суров. Но есть инструменты, которые позволяют его смягчить, причем довольно существенно. И это не коррупционные схемы, показания лжесвидетелей или притянутые «за уши» доказательства, которые ничего не доказывают. Сейчас хочу рассказать о реальном механизме, который четко прописан в уголовном законе и при грамотной работе с ним, не может не дать положительного результата. Так как в основном специализируюсь на уголовных делах по статье 159 УК РФ (мошенничество), то для примера возьму именно ее. Итак...